Полоцкий государственный университет

Полоцкий
государственный
университет

Немногие преподаватели и сотрудники Полоцкого государственного университета имеют столь долгую вузовскую биографию и настолько прочно связаны с ПГУ. Сначала было легендарное общежитие № 1, осенью 1970 года ставшее родным домом для семьи Завеля Нехемовича Зевелева, преподавателя теории механизмов и машин Новополоцкого филиала Белорусского технологического института. Затем был красный диплом выпускницы машиностроительного факультета Новополоцкого политехнического института и успешная учеба на первой магистерской программе в истории нашего университета, и защита кандидатской диссертации. Сегодня без этой спокойной, интеллигентной и мудрой женщины, прекрасного профессионала уже трудно представить инженерно-строительный факультет ПГУ.

Наша собеседница – заместитель декана по дневному обучению ИСФ, кандидат технических наук, доцент кафедры технологии и оборудования машиностроительного производства Елена Завельевна Зевелева!

Корр.: Елена Завельевна, расскажите, пожалуйста, о своем детстве!

Е.З. Зевелева: Родилась я в Орше, жила с родителями в Горках Могилевской области. Новый этап моей жизни начался в 1970 году, когда папа получил приглашение из тогда еще Новополоцкого филиала Белорусского технологического института (НФБТИ). Он в то время преподавал в Белорусской государственной сельскохозяйственной академии, которую и сам оканчивал по специальности «Механизация процессов сельскохозяйственного производства». Сначала папа приезжал сюда посмотреть. Ему все понравилось! Его из сельхозакадемии не хотели отпускать – он был на хорошем счету, его уважали. Но потом все-таки дали согласие – думали, посмотрит и вернется обратно в Горки. Учебный 1970/71 год папа начинал уже в НФБТИ.

Мы приехали в Новополоцк во время осенних каникул. Мне на новом месте так понравилось, что и уезжать отсюда уже не хотелось! Горки – совсем небольшой городок, обыкновенный районный центр. Самое красивое место в нем в те годы – это академгородок, в котором размещались учебные корпуса, общежития и жилые дома преподавателей. Новополоцк выглядел куда более презентабельно. Это был настоящий молодой и современный город!

Единственное, чего мне поначалу не хватало в Новополоцке, так это зелени. После академгородка с его старинным парком это сильно ощущалось. Конечно, вокруг Новополоцка был лес. Он начинался прямо за улицей Калинина, и в район 4-ой школы мы еще когда-то на пикники ходили. А вот на улицах деревьев не хватало, или они были совсем маленькие. В первое время мы даже выезжали с родителями в район больничного городка, чтобы походить по привычным для нас городским аллеям.

В Новополоцке был совсем другой стиль жизни, другие дома. Город-то был молодой не только по времени существования, но и по возрасту его жителей. В детском восприятии восьмилетней девчонки он виделся как нечто новое, развивающее, лучшее. А еще запомнилось то, что здесь было очень чисто! Это качество, мне кажется, всегда отличало наш город.

Корр.: Как входил в Вашу жизнь новополоцкий вуз?

Е.З. Зевелева: В Новополоцке нам сразу предоставили две комнаты в общежитии, сейчас это общежитие № 1 ПГУ. Там было очень здорово, а мне как ребенку особенно! На тот момент в нем было много детей приблизительно одного возраста. Коридорная система очень сближала, мы дружили. Но и мои родители вспоминают это время с большой теплотой. Тогда в общежитии жили Сороговцы, Ковалевские, Бедновы, Яско, Прокоповичи, Волошенко, Захаровы, Турищевы. Было много общения, праздники и общая кухня, которая по-особому сближала людей. Институт был небольшой, и все друг друга хорошо знали. В Горках у нас была своя квартира, а за городом – дача. Как ни странно, я не ощущала дискомфорта от переезда в наш новый дом с общими санузлами. Хотя прожили, конечно, в общежитии мы недолго. Квартиры сотрудникам тогда давали довольно быстро.

Когда приехали в Новополоцк, естественно, той части главного корпуса, где сегодня находится наш инженерно-строительный факультет, еще не было. В семейном альбоме сохранились фотографии субботника, который проходил во дворе между химическим корпусом и нашим общежитием. Мы, дети сотрудников, постоянно ходили в институт – просто посмотреть. Бывала с детьми в старом актовом зале. Я поступила в музыкальную школу по классу фортепиано. С инструментами тогда было сложно, и по просьбе папы мне даже разрешили играть на вузовском пианино. Получается, в моей детской жизни все крутилось вокруг института.

Корр.: Это во многом происходило благодаря Вашему отцу, Завелю Нехемовичу, о котором в университете и сегодня тепло отзываются все, кто его знает.

Е.З. Зевелева: Мама всегда называла папу «государственный человек». У него работа, общее дело стояли всегда на первом месте. В нашем вузе он поработал на разных должностях и в разных подразделениях: и деканом вечернего факультета, и замдекана машиностроительного факультета, часто выполняя даже функции декана, и секретарем партийной организации, и председателем месткома, и занимался организацией лаборатории ТММ с нуля. Машиностроительный факультет для него был настоящим родным домом. Он очень трепетно к нему относился. Когда Эрнст Михайлович Бабенко вернулся в Новополоцк из Москвы, и в вузе организовывалась аспирантура, папе предлагали заведовать ею. Как преподаватель папа был строг, некоторые, возможно, даже считали, что чересчур. Но он был справедлив! Папа сам не может умышленно сделать человеку плохо и считает, что также поступают и окружающие его люди. К сожалению, так бывает не всегда.

«Государственный» подход папы к работе во многом не позволил ему защититься самому, хотя диссертация была готова и из Московского высшего технического училища имени Н.Э. Баумана звонили несколько раз, чтобы он приезжал на защиту, но обстоятельства сложились так, что он не поехал. Мы долго хранили его работу, но в итоге плакатами к его диссертации на даче обклеили стены. Можно называть и другие причины, которыми можно было бы объяснить его «неостепененность», но его увлеченность делами института вопреки каким-то сугубо личным интересам все-таки была главной.

Папа несколько раз ездил в Москву на четырехмесячные курсы повышения квалификации в МВТУ имени Н.Э. Баумана. Часто бывал на конференциях и публиковался, входил во всесоюзные советы по предметам – что-то вроде наших нынешних учебно-методических объединений. С одной стороны, все это приносило пользу учебному процессу в институте, а с другой, позволяло завязать контакты с другими вузами.

Папа всегда был открыт новому, и эту установку сохраняет до сих пор! Как только в институте появились первые компьютеры, он сразу же стал внедрять их в учебный процесс по своим дисциплинам. Сначала он использовал перфоленты, а потом появились перфокарты – у нас весь дом был ими заполнен. Когда появились персональные компьютеры, он и на них сразу перешел. Помню, выдавалось задание по его курсовому проекту, студент считал, а потом шел к компьютеру, вводил свои данные, и программа сама проводила проверку.

Корр.: Завель Нехемович давно на пенсии?

Е.З. Зевелева: С 1997 года. После появления домашнего компьютера и первых чертежных программ он стал с ними работать. Папа AutoCad на пенсии освоил, а потом я ему «Компас» установила, он и в этой программе разобрался. Папа постоянно поддерживает себя в тонусе.

Многие считают, что он и мне в свое время помогал. Но когда я училась в институте, его любимой фразой была: «Не люблю тупых!». Я писала диссертацию, и он прямо мне сказал: «Так, со своим бредом ко мне не подходи!». Папа был очень строг ко мне и считал, что всего я должна добиваться сама. Никогда не обращалась к нему за помощью! Так повелось еще с первого класса. Потом, когда я экзамены в институте сдавала, папа старался за километр эти места обходить, чтобы никто и ничего не подумал плохого.

Сейчас он редко бывает в университете. Приходил, например, на юбилей к Эрнсту Михайловичу. Приглашали его и на 40-летие машиностроительного, тогда ФМиАТ, но здоровье на тот момент ему не позволило присутствовать на юбилейных мероприятиях. На вечерах встречи выпускников он иногда бывает – за ним заезжали его бывшие студенты. Одним словом, не забывают! Как только папа зарегистрировался в «Одноклассниках», у него сразу же появились в друзьях выпускники. Некоторые даже мне пишут, звонят и интересуются его здоровьем. Я думаю, что память бывших студентов – это самое дорогое, что может быть у преподавателя.

Корр.: Наверное, все шло к тому, что поступать Вы будете в Новополоцкий политехнический институт?

Е.З. Зевелева: Нет, поступать я собиралась на факультет прикладной математики Белгосуниверситета. Мне всегда были очень интересны точные науки. Математика – моя любимая дисциплина. Я занималась на заочных подготовительных курсах БГУ. Отправляла туда контрольные. Все было замечательно! Но буквально в последний момент здоровье меня подвело и, чтобы не терять год, я решила поступать сюда, в НПИ. Специальностей было уже достаточно много. В то время, например, и «Геодезия» уже появилась. Но машиностроительный факультет для меня был очень близок давно, и о чем-то другом я даже не думала. Пошла на специальность «Технология машиностроения, металлорежущие станки и инструменты».

В детстве моими любимыми игрушками были не куклы, а конструкторы и машинки. Когда я еще, по-моему, в восьмом классе училась, папа дома готовил задания для студентов. Я спрашиваю: «А это для кого?» – «Для студентов!» Я удивилась: «Как, такие легкие?» – «А ты что, можешь решить?» Отвечаю: «Могу!» То есть мне это было интересно, я в этом разбиралась и поэтому изначально считала, что в своем выборе ошибиться не могу.

Корр.: Настоящая дочь инженера!

Е.З. Зевелева: Да, наверное. Мама у меня – медработник, но вот медицина меня никогда не привлекала. Жалела, конечно, поначалу, что не получилось с прикладной математикой, но это, наверное, судьба! В дальнейшем я не была разочарована тем, что осталась в НПИ.

В год моего поступления проводился эксперимент. При наличии высокого среднего балла школьного аттестата достаточно было сдать только физику и математику. А для меня вступительные экзамены и вовсе могли стать пустой формальностью, поскольку золотых медалистов принимали без экзаменов. Но в моей школе к тем, кто отучился без единой четверки, отнеслись как-то невнимательно: моя подруга, еще несколько человек и я золотую медаль так и не получили. Но на моей судьбе эта мелочь никак не отразилась.

У нас был очень интересный курс, хороший коллектив. Мы дружно жили в студенческие годы и продолжаем общаться до сих пор. Наш выпуск был, возможно, самым большим в истории факультета. В одной группе со мной учился Михаил Львович Хейфец. Позже он станет моим научным руководителем. Вот так сложилась жизнь!

На факультете был замечательный преподавательский коллектив! Очень ровный и высокопрофессиональный! Мне даже трудно выделить кого-то. Так как моей любимой дисциплиной была математика, на младших курсах запомнилась Елена Алексеевна Богданова, супруга профессора Бориса Тимофеевича Надыкто. Она читала свой курс настолько хорошо и понятно! Елена Алексеевна уходила в декретный отпуск и не успевала принять у нас экзамен, так мы всем курсом попросились сдавать ей досрочно! Физику читал Любим Иванович Прокопович. Мы его тоже очень любили. Он был всегда очень спокойный, сосредоточенный, никогда не повышал голос.

У меня технический склад ума, и я не очень любила гуманитарные дисциплины. Но философию нам читал Григорий Давыдович Грудницкий. Это было что-то! Вызывала уважение его манера общения со студентами – свободная и доверительная. Как мне кажется, с ним невозможно было быть плохим студентом. Очень боялись его экзамена, но и на нем Григорий Давыдович, строгий преподаватель, создавал дружелюбную атмосферу. Иностранный язык вела Инесса Васильевна Селиванова – замечательный преподаватель и человек.

На старших курсах, когда у нас началась специализация, с нами работало столько интересных личностей! Это и Виктор Алексеевич Данилов, и Анатолий Иосифович Голембиевский, и Николай Николаевич Попок, и Борис Павлович Чемисов, и Владимир Иванович Абрамов! С ними было очень интересно!

Корр.: Какой в Ваши годы была студенческая жизнь!

Е.З. Зевелева: Очень интересной! Занималась студенческой наукой на протяжении всей учебы. Участвовала в конференциях. Поработала с преподавателями с разных кафедр. Начинала я у папы, потом перешла к Б.П. Чемисову. На четвертом и пятом курсах моим научным руководителем был А.И. Голембиевский. У меня был научно-исследовательский дипломный проект. Он был посвящен изготовлению зубчатых колес. Мои исследования отправлялись на всесоюзный конкурс студенческих работ. И оба раза я получала премии.

Корр.: А на внеучебную студенческую жизнь время оставалось?

Е.З. Зевелева: Да, и отдыхали мы очень хорошо! Активно участвовала в общественной жизни. И в профкоме, и в комитете комсомола работала. Организовывали разные вечера в институте. Всегда и везде успевала!

Помню Конгрессы смеха, которые проводились на строительном факультете. Все студенты НПИ мечтали туда попасть. Но мероприятие было факультетское, поэтому это было сделать не просто! Меня спасало то, что я входила в профком и комитет комсомола института. Большой популярностью пользовались наши тематические вечера и дискотеки. Музыка в основном звучала иностранная – Boney М, Deep Purple. И ни в какой конфликт с идеологией и комсомолом это не вступало. Были и песни советских композиторов, как теперь говорят «попса», но я ничего из такого репертуара уже и не вспомню. Конечно, мы в то время не были настолько свободными, как нынешняя молодежь. Я в какой-то степени даже завидую им! Но порой, к сожалению, их раскрепощенность выходит за рамки допустимого.

Может быть, в те годы таких грандиозных праздников, как сейчас, не было. Но я не помню, чтобы нас когда-нибудь ради каких-то мероприятий снимали с занятий. Сегодня, как заместителю декана, приходится постоянно подписывать студентам бумаги, мол, он там участвовал и там участвовал. У нас тоже были конкурсы первокурсников, мы тоже что-то готовили, но все это проходило во внеучебное время. И делали мы это сами – без участия деканата и наших преподавателей. Инициатива шла снизу! Бывала я и в стройотряде. Мы тогда ездили в Молдавию. Ребята с нашего курса в качестве статистов снимались у Элема Климова в знаменитом фильме «Иди и смотри». Съемки как раз проходили где-то в районе Березинского заповедника.

Корр.: После окончания института Вы были распределены на производство?

Е.З. Зевелева: Можно было остаться и в НПИ. У меня была рекомендация в аспирантуру. Но мне было интересно поработать по специальности, хотелось понять: способна ли я работать инженером, могу ли я чего-нибудь добиться. По распределению я шла первая и решила выбрать Минск, 11-ый подшипниковый завод. На практики в то время мы выезжали и в Гомель, и в Мелитополь и в другие города. Настоящее производство видели, неплохо понимали его, был какой-то опыт. Начинали, естественно, с рабочих специальностей и могли, как говорится, все пощупать своими руками. Сейчас, к сожалению, таких возможностей у студентов нет.

Но так получилось, что завод мне не понравился. Не сложилось, и, поработав в Минске меньше года, я вернулась в Новополоцк. Подала документы на «Измеритель» и некоторое время даже поработала пионервожатой в СШ № 5. В августе 1985 года была принята на завод и еще застала его «золотой век».

«Измеритель» для меня стал большой школой! Там было чему поучиться, и было, у кого учиться. Нисколько не жалею о том, что довелось поработать на этом предприятии. Когда я только пришла на завод, начальником бюро был Владимир Виленович Левин, младший сын нашего Вилена Семеновича. Эта очень хороший профессионал! Он учил общаться с рабочими, что очень важно на предприятии. Надо было уметь с ними разговаривать, донести до них требования, завоевать их авторитет. Кроме того, Владимир Виленович показывал хороший пример того, как нужно общаться с руководством. Его школа очень помогла! На «Измерителе» был учебный комбинат. Я там вела занятия. Так что и к преподаванию я приступила уже достаточно давно.

В какой-то степени завод «Измеритель» был «филиалом» НПИ. Там работало много наших выпускников, и сотрудничество с институтом успешно развивалось. Это было «режимное» предприятие, поэтому выезд за границу работникам был запрещен. Зато платили очень хорошо! Папа в то время в институте получал меньше, чем я. Если бы не случился распад СССР и фактический упадок завода, я бы, может, и не работала сегодня в университете. Мне на заводе все нравилось, все меня устраивало. Я работала инженером-технологом, уходила оттуда уже с первой категорией. Для женщины на тот момент это было большое достижение! Должна была стать начальником бюро, но…

Меня и потом не отпускали. С трудом удалось уйти. И сегодня, работая в университете, я могу студентам не просто какую-то сухую теорию рассказывать, но и, опираясь на свой практический опыт на производстве, показывать, как все происходит на предприятии, в трудовом коллективе.

Корр.: Когда Вы вернулись в университет?

Е.З. Зевелева: Шел 1995 год. Предприятие стало совсем разваливаться. Нужно было искать новую работу. Устроилась завкабинетом иностранных языков в ПГУ. В то время деканом историко-филологического факультета была Инесса Васильевна Селиванова, а завкафедрой английского языка, к которой относился кабинет, – Наталья Павловна Симурова.

Нас на «Измерителе» всему учили. Довольно рано появились персональные компьютеры. Для сотрудников завода были организованы курсы английского языка, которые вел приглашенный из Минска преподаватель. Все было очень серьезно! Мы сдавали экзамены, и к ним даже не всех допустили. Потом нам выдали дипломы. Наталья Павловна была дама строгих правил и сразу сказала: «Неважно, что Вы – Зевелева. Мне важно знание английского языка!» Я показала свой диплом, и он сыграл свою роль. Так меня приняли на работу, и потом Н.П. Симурова даже сказала, что она об этом не пожалела. Было очень приятно слышать это!

Я поработала в кабинете иностранных языков, тогда он находился в 518-ой аудитории нового корпуса, внесла какой-то вклад в становление историко-филологического факультета. Когда пришла туда, это был просто класс, в котором у стены стояли шкафы и парты, а мы выдавали студентам книжки. Вот и все! Мне удалось наладить работу кабинета, сделать его более удобным для студентов и преподавателей. Ребята даже во время пятиминутных перерывов приходили за книгами. Это сейчас многое можно в смартфоне найти, а тогда книга была настоящей ценностью!

Корр.: Было бы удивительно, если бы выпускница машиностроительного факультета и бывший инженер-технолог «Измерителя», задержалась в кабинете иностранных языков надолго.

Е.З. Зевелева: Вскоре я поняла, что это не мое, что не для этого училась. Уже потом пришла к мысли, что в таком кабинете очень хорошо работать, уйдя на пенсию. Сидишь себе спокойно, выдаешь книжечки, никакого особого умственного или физического напряжения. Стала задумываться о возвращении в науку. И тут наступает счастливый момент: 1 сентября 1997 года в ПГУ открывается магистратура! Поскольку я окончила институт с красным дипломом, то меня приняли без экзаменов. Прием был по семи техническим специальностям, и я пошла на свой машиностроительный факультет. В первом наборе было 25 человек, в том числе старший преподаватель кафедры технологии и оборудования машиностроительного производства Мария Владимировна Киселева – дочь Владимира Ивановича и Лидии Александровны Абрамовых, которые много лет отдали нашему университету. Там были и строители, Вадим Венедиктович Гринев (тоже «наш», университетский!) и Анатолий Анатольевич Хотько, которые сейчас работают в БНТУ, и геодезисты, Валентина Анатольевна Бондаренко, и другие машиностроители, например, Татьяна Владимировна Вигерина.

Почти все ребята были новоиспеченными выпускниками университета. Я одна выделялась из общей массы: на тот момент мне было уже 35 лет! Опять окунулась в науку, почувствовала интерес к ней. В магистратуре начала заниматься методикой проектирования технологических комплексов. На тот момент мехатронные комплексы были для нашей страны в новинку. Это сейчас в Минске по мехатронике даже специальности стали появляться в вузах, а тогда материалов не хватало. Помню, когда у нас началась информатика, и мы знакомились с работой Интернета, Аркадий Филиппович Оськин, наш преподаватель, предложил нам что-нибудь самостоятельно найти по теме диссертации. У меня не получилось. Аркадий Филиппович решил помочь мне, но и нашими общими усилиями мы ничего не добились. Это сейчас все просто: Google все найдет!

Владимир Александрович Петров, доцент кафедры металлорежущих станков и инструментов, когда увидел мою тему, сказал: «Так это же докторская!» Но мой научный руководитель – Михаил Львович Хейфец – со своей широтой взгляда считал, что эта задача мне по силам.

Магистратура находилась в стадии становления. На нас, как говорится, немного поэкспериментировали. Весь курс обучения занял 10 месяцев. В начале июля 1998-го мы уже защищались. Это сегодня в магистратуре можно сдавать экзамены кандидатского минимума, а нам такой возможности сначала не давали. Потом разрешили и получилось, что мы сдавали магистерский по философии, а через неделю – кандидатский по философии. Но в любом случае, я благодарна судьбе за то, что она подарила мне возможность благодаря магистратуре по-настоящему вернуться в университет.

Корр.: Работа с Михаилом Львовичем, наверное, помогла Вам не только успешно выполнить магистрантскую диссертацию, но и сделать задел для кандидатской?

Е.З. Зевелева: Работа над магистерской диссертацией усложнялась тем, что Михаил Львович в то время как раз завершал работу над докторской. Первые полгода он и сам был очень занят. Если в магистратуре я училась очно, то в аспирантуре – заочно. Приходилось совмещать науку с преподаванием – работала на кафедре начертательной геометрии. Была очень большая нагрузка. Я вела почти на всех технических специальностях, и на каждой была какая-то своя специфика. Это сейчас я могу все быстро проверить, а тогда еще только накапливала опыт, и домой приходилось студенческие чертежи брать. Подготовка к занятиям отнимала много времени. Кандидатскую диссертацию я защитила только через десять лет после окончания магистратуры. К тому времени у меня уже было два научных руководителя. Помимо Михаила Львовича мне помогал минский профессор БГАТУ Леонид Михайлович Акулович, который занимался той же тематикой. Он мне очень помог!

Корр.: Вы защищались в БНТУ?

Е.З. Зевелева: Да. Мне и в Минске с людьми повезло! Выход на защиту затянулся еще и по той причине, что не очень понятно было, где защищаться: в Минске или Могилеве. В какой-то момент даже возник вариант с нашим советом в ПГУ. Остановили свой выбор на БНТУ и не ошиблись. В конце концов, когда определились с советом по защите, процесс пошел быстро.

Всегда тяжело защищаться в чужом вузе. Каким бы ты ни был специалистом, ты все равно будешь посторонним человеком. Но ко мне минская профессура отнеслась очень хорошо. С особой благодарностью хотела бы вспомнить заведующего кафедрой технологии машиностроения, профессора Валерия Константиновича Шелега и профессора той же кафедры Жоржа Адамовича Мрочека, которого, признаюсь, очень боялась! Я много раз бывала в БНТУ на семинарах, и мне там очень помогли своими ценными замечаниями, советами и доброжелательностью.

Родители хотели поехать на защиту, но я им не разрешила. Мама до сих пор сокрушается по этому поводу: «Ну почему ты нам не разрешила поехать?! Мы бы хоть где-то в стороне посидели!» Но мне тогда было достаточно своих переживаний. Волноваться еще и из-за того, что волнуются твои родители, было бы очень тяжело. А защита прошла хорошо!

Отдельное спасибо за ученую степень кандидата технических наук хотела бы сказать Дмитрию Николаевичу Лазовскому! Мне нужно было часто ездить в Минск. Дмитрий Николаевич Лазовский, тогда еще декан строительного факультета, всегда отпускал меня, постоянно интересовался ходом работы над моей диссертацией. А когда уже он перешел на должность ректора, спрашивал, какая помощь мне нужна и не отказывал в ней. Даже был такой момент, возможно, переломный, когда у меня возникло желание все бросить. Казалось, что я зашла в тупик и уже не видела выхода. Дмитрий Николаевич услышал, что я сдалась, и сказал: «Что значит оставляю?!» И все! Бросать диссертацию уже не хотелось. Я ему очень благодарна за поддержку!

Корр.: Работа в деканате наверняка дала бесценный опыт.

Е.З. Зевелева: Я пришла работать в деканат еще тогда, когда строительный факультет возглавлял Дмитрий Николаевич Лазовский. Я в то время была еще не освобожденным замдекана. Стала напарницей Александра Николаевича Леоновича, которого прекрасно знаю со студенчества. Если бы я так и оставалась работать на кафедре, продолжала вариться в собственном соку, то очень многого об университете так и не узнала бы. Расширился круг общения. Это касается даже нашего большого факультета. Моя кафедра располагается в новом корпусе, и мы всегда жили немного обособленно. Придя в деканат, раззнакомилась со всеми нашими преподавателями. Было время, когда я себя ощущала больше машиностроителем. Я даже могла сказать коллегам и студентам «ваш факультет». Работа в деканате изменила мою идентичность. Инженерно-строительный стал для меня родным! Это мой факультет!

Очень обогащает работа со студентами. Преподаватель решает свои задачи, и общение со студентами происходит по каким-то учебным вопросам. Заместитель декана имеет самое непосредственное отношение к жизни студенческого коллектива на факультете. У меня есть возможность зарядиться энергией молодых людей и на какие-то мгновения опять ощутить себя студенткой, получить стимул для своего дальнейшего развития. А с другой стороны, иногда ребята сами нуждаются в поддержке или совете. Никогда не отказываю им в помощи!

Корр.: Как и чем живет сегодня один из старейших и важнейших факультетов ПГУ?

Е.З. Зевелева: Наш ИСФ – большой и сложный факультет! Столько специальностей со своей спецификой! На факультете учатся и архитекторы, и дизайнеры, теперь и геодезисты. Нужно поддерживать все эти специальности на высоком уровне, следить за ситуацией на рынке труда. Надо жить, постоянно развиваясь! Очень рада, что у факультета есть такой замечательный декан! Александр Александрович Бакатович держит под контролем все важнейшие процессы, прекрасно видит перспективу нашего развития. Несмотря на свою молодость, он уже очень опытный руководитель!

К сожалению, в последнее время приостановлен набор студентов на некоторые специальности. Хотя так много сил было положено на их открытие, они по-прежнему интересны и могут быть востребованы. Надеюсь, «Автомобильные дороги» и «Экспертиза и управление недвижимостью» не навсегда ушли с нашего факультета. Экономическая, в том числе в строительной отрасли, и демографическая ситуация в стране очень влияет на наборы. Было время, когда на одного выпускника приходилось как минимум по три заявки с предприятий, и факультет не успевал удовлетворять потребности рынка! Сейчас все по-другому. Так, на заочном уже нет набора на специальность «Геодезия», а специальности «Теплогазоснабжение, вентиляция и охрана воздушного бассейна» и «Водоснабжение, водоотведение и охрана водных ресурсов» – предусматривают только сокращенный курс. Но в жизни всегда бывают взлеты и падения, поэтому ситуация, конечно же, изменится в лучшую сторону.

Переход на двухуровневое высшее образование позволит развить вторую ступень – магистратуру. Например, заведующий кафедрой архитектуры Владимир Евгеньевич Овсейчик совсем недавно ездил в Украину, где обсуждал с украинскими коллегами возможность открытия практико-ориентированной магистратуры.

Налаживание международных связей на факультете – это еще одно очень перспективное направления нашего развития. Это касается и учебных программ, и получения дополнительного финансирования. Александр Александрович недавно вернулся из Португалии, где в Политехническом институте города Лейрия успешно прошла защита диссертации нашего магистранта, который учился по программе двойного диплома. Есть на факультете и другие интересные задумки. Стараемся также заинтересовать обучением в магистратуре наших иностранных студентов.

Для решения всех этих сложных задач, естественно, необходимо всемерно поддерживать и развивать на факультете науку. Без нее – никуда! У нас регулярно защищаются молодые преподаватели, но хотелось бы, чтобы этот процесс шел еще быстрее. Ведь был момент, когда на кафедре строительного производства работал только один незащищенный преподаватель!

Корр.: Как Вы любите проводить свободное время?

Е.З. Зевелева: К большому сожалению, свободного времени у меня почти нет! Когда получается, посещаю театр, выставки, концерты. Но в основном происходит это во время отпуска. Раньше увлекалась рукоделием, как теперь называют hand made: вязала, вышивала, шила мягкие игрушки, делала небольшие картинки из ниток и т.п. Сейчас заняться этим удается крайне редко.

Корр.: Елена Завельевна, что бы Вы хотели пожелать нашему университету?

Е.З. Зевелева: Для меня Полоцкий государственный университет – это родной дом. С ним связана большая часть моей жизни. Прежде всего, хочу пожелать университету БЫТЬ! В стране обсуждается реорганизация системы высшего образования, и идет речь о сокращении числа вузов. На протяжении своей почти полувековой истории ПГУ много раз доказывал свою состоятельность как учреждение высшего образования, и я верю, что мы нужны стране сегодня и способны принести ей огромную пользу в будущем!

Желаю преподавателям – хороших студентов, а студентам – хороших преподавателей! Пусть университет живет и развивается!

 Беседовал Владимир Филипенко